Поглощение

Приехал как-то один настоящий русский, назовём его для простоты Мефусаилом, в страну Тарабарию. Нормальная такая страна, богатая, зажиточная, люди приветливые, улыбаются, в магазине сэром называют. Но  лишь одна ерунда его сводила с ума – все жители той Тарабарии, что удивительно, говорили исключительно по-тарабарски. Ну бывает вот так, что сделаешь. А Мефусаил того тарабарского языка ну не то чтобы совсем ни бельмеса, но,... как бы это лучше сказать,... бельмеса, но не то. Вот. И так оно получалось, что со всеми своими русскими талантами, но таким тарабарским, Мефусаилу ничего не оставалось как пойти пахать... Не беда, подумал он. Так и порешил для начала.

Приехал Мефусаил на одну пахоту наниматься, смотрит – а там поле огромное, на нём десяток тракторов, в кабинах синикальцы руль напряженно держат, а с двух сторон поля тарабарские менеджеры напряженно ходят. Только трактор к какому-то краю подъедет, тарабарский менеджер тут как тут, улыбается: «Отличная работа, Син!». И сразу командует: «Здесь, пожалуйста, развернись!», и трактор разворачивается. «Теперь, вперёд!», - и трактор попёр по прямой через всё поле. А там, на другой стороне другой тарабарский менеджер уже поджидает с улыбкой «Фантастика, Син! Это просто круто, как ты это делаешь! Теперь развернись, плиз!», и трактор снова разворачивается. «Ну давай, вперёд!», - и трактор почесал в обратном направлении. И так целый день...

У каждого менеджера работы прорва, еле успевает всех синикальцев обслужить. А если вдруг случится ему отойти куда на минутку, в туалет там или кофейку дерябнуть, то на его стороне поля тут же линия тракторов застывает – пыхтят трактора, урчат, а с места не идут. Но вот менеджер вернулся и начинает героическими усилиями наводить порядок. Даже про улыбку иногда забудет, для пользы дела, естественно, и только «Разворот! Вперёд!, Разворот! Вперёд!». Всех отправит, никого не пропустит, устанет сильно, пот со лба вытрет: «Фу-у-у...Ну и работёнка же у меня... Пойду-ка я ещё кофейку дерябну». И пойдёт, дерябнет...

Поглядел на это дело Мефусаил и пошёл к хозяину пахоты. Так и так, сказал, пахарь я со стажем, работу знаю и люблю, возьмёте на работу - не пожалеете. А ему хозяин пахоты и говорит: «Да взял бы я тебя, Месу.... как тебя, еще раз, зовут? Муфе?..., Муфесаел... А! Ну да», - а про себя подумал, мол, ну и имена у этих русских, язык сломаешь, - А можно тебя называть просто Майкл? Можно?! Отлично! А меня называй просто Сагиб... - и пожал еще раз руку, - Приятно познакомиться! Так вот, Майкл, взял бы я тебя немедленно, честно, рекомендации у тебя отличные, это точно, да только, понимаешь, мне пока работников больше не надо. Работники у меня хорошие, справляются!»

-         Так где же они хорошие-то?, - не удержался от удивления Мефусаил, -  Чего ж они тогда останавливаются-то после каждой полоски?

-         Как это чего?, - в свою очередь удивился Сагиб, - Им же что сказали? «Вперёд», правильно?

-         Правильно...

-         Они команду выполнили?

-         Выполнили...

-         Ну так и всё! ПОЛЕ ЖЕ КОНЧИЛОСЬ!!! Чего непонятного? Вот они и остановились... - Сагиб по-свойски закинул ноги на стол и от души заржал. - смешной ты хлопец, Майкл!

Мефусаил аж смутился:

-         Так... это... а чего ж им,... этим... сини-тарабарцам вашим, не сказать сразу, чтоб они, как до конца поля дойдут, так разворачивались и обратно ехали?

Сагиб сразу посерьёзнел и даже ноги со стола убрал:

-         Ну, Майкл, понимаешь... Не у всех же квалификация такая высокая, как у тебя. Ну и потом, чем тогда будут заниматься менеджеры?

-         Вот и я говорю, на фига они вообще все нужны? Я вам один всё поле уделаю и без всяких менеджеров!

-         Один?! Не... ну это ты того... Ты наверное нашу тарабарскую академию не кончал, потому не понимаешь. У вас там в России может всё и по-другому, но только у нас тут, в Тарабарии, совсем всё не так. Вот я тебе объясню, как правильно.

Сагиб снова расслабился, откинулся в кресле, и принялся объяснять:

-          Понимаешь,  Майкл, - говорит, - всё дело в том что никто не должен складывать все имеющиеся у него в наличии яйца под лопасть одного весла. Потому что веслом по яйцам это всегда очень больно, понял?

Ни хрена Мефусаил не понял. Я ж говорил, что у него с тарабарским было не совсем чтоб очень. То есть, прямолинейные фразы он, конечно, хватал. Например, на вопрос «Что есть твоё имя?» он всегда, не задумываясь, отвечал «Моё имя есть Мефусаил». Или вот каверзный, казалось бы, вопрос «Где есть ты из?» тоже не мог застать его в расплох. Но вот всяческие идиомы и метафоры... как-то не шли. Без словаря. Не шли. И он это понимал. И понимал так же и то, что Сагиб это тоже понимал. Что ни черта этот Майкл не понял. А жаль, думал Сагиб. Такой пёрл выдал. Аж самому понравилось. Экспромтом. Да-а... Как же всё-таки тяжело с этими русскими. Пошутишь, блеснёшь, так сказать, остроумием, - а как же начальнику-то без этого, - а этот даже не улыбнётся. Синикальцы хоть улыбаются. До ушей. Тоже ни черта не понимают, конечно, но хоть осознают, что хозяин пошутил, надо улыбаться. Воспитаны так. А этот сидит, лоб морщит, брови в кучу, переводит... Ладно, попробуем по-другому:

-          Ну, Майкл, я имел ввиду, что сосредоточение любого технолонического процесса в ограниченном ресурсе повышает фактор риска любого индустриального производства...

Выражение лица Мефусаил не изменилось...

-          Ну как тебе объяснить... Ну вот если у меня один работник заболеет, или в отпуск уйдёт, или даже два работника одновременно, то остальные восемь поднатужатся, а с планом справятся. Взаимовыручка, понимаешь? А вот если ты у меня будешь один и заболеешь, а? Что тогда мне делать? У меня же тогда всё крабом встанет! Или вот начнёшь ты требовать тебе зарплату повысить. Ты же ведь наверняка не согласишься на тех же условиях, что эти ребята?

-          Ну... так.., - Мефусаил опять замешкался от удивления, - если я за десятерых работать буду, да еще и без менеджеров, вы же столько денег сэкономите. Ну я,.. конечно,.. полагал, что...

-          Ну вот. Видишь? Уже начинается!.., - Сагиб всплеснул в ладоши. - Да и с менеджерами тоже... Как же я без них. Мы с ними уже столько лет, не одно поле вместе унавозили, дети в одну школу ходят, жёны тоже... общаются. – и про себя подумал «да хоть поговорить с кем есть, елы-палы.. пива выпить». А вслух добавил, - А ты говоришь выгнать их. А если ты завтра решишь уйти? Где я потом таких менеджеров найду? Да и работников десятерых за день не сыщешь...

Что Мефусаил мог на это возразить... Только и оставалось ему что покивать головой, подняться, поблагодарить за встречу, в третий уже раз пожать Сагибову руку, выслушать искреннее заверение, что с ним, Мефусаилом, было чертовски интересно поговорить, и отправиться восвояси...

***

Через два дня раздаётся звонок. В трубке радостный женский голос, будто бы несущий известие о выигрыше джек-пота в лотерею:

-         Привет! Могу ли я говорить с Майклом, пожалуйста?

-         Да. Говорю. - говорит Мефусаил, поражаясь, кто бы это, интересно, мог знать его здесь как «Майкла»...

-         Это Хелен из Трипл Фиелдс Интерактив, - отвечает она на невысказанный вопрос, - Как ваше самочувствие сегодня?

Мефусаила сразу и предметно клинит. Мозг запускается в режим электронного сканирования. Какой, на фиг, Трипл Фиелдс? При чём тут «самочувствие»? Почему сегодня? А вчера, что, было совсем плохо? А я не заметил? Ну, может и хряпнул с горя лишку после облома с Сагибом, но она-то, блин, об этом как могла знать? В чём, блин, прикол? Или я опять во что-то не въехал из-за проклятого тарабарского?

-         Вполне нормально! - автоматом отвечает Мефусаил в трубку.

-         Прекрасно! – не сбавляет темпа Хелен, - мы проводим телефонное экранирование на открывшуюся в нашей компании благоприятную возможность... ,

...и далее, как из пулемета, сплошной тарабарский текст, словно заранее заготовленный и потом разбавленный вписанными в нужных местах именами. Из этой пулемётной очереди Мефусаил успевает разобрать только имя «Сагиб», слово «рекомендация», и догадаться, что его вроде бы приглашают куда-то приехать, кажется, завтра, кажется, в десять...

На следующий день Мефусаил во всём парадном стоит на краю непаханной пахоты (как он в финале вычислил «куда» и как он туда добрался – это тема отдельной докторской диссертации, теперь не важно), и на встречу ему выходит та самая Хелен со словами «Ах, Майкл - ах, Майкл! Как мы рады - как мы рады!» и ведёт его к начальнику.

Начальник, очень похожий на Сагиба, - большой, высокий и лысый,  представился просто Джоном. Это всегда очень важно, чтобы начальник был высокий.  Чтобы смотреть на своих подчинённых сверху вниз. И большой. Чтобы щупленькие по природе синикальцы чувствовали к нему дополнительное уважение: «и защитить может, и в лоб заехать». И лысый. Потому что сразу видно – человек дела, а не какая-нибудь там длинноволосая рок-звезда. Ну и правда, какой же из рок-звезды может быть начальник? Она ж - звезда! Ей надо светить! И чтоб желательно одной и во всё небо. А подчинённые тоже ж люди. Им же надо хотя бы тайно верить, что может быть где-то, когда-то, при особых обстоятельствах, конечно, но всё таки доведётся блеснуть на микро-секундочку, пусть маленькой, неяркой, но очень гордой точечкой на небосводе...

Джон рассказал про свою замечательную молодую компанию Трипл Фиелдс, объяснил, что все поля у них «трипл», и работы на них «трипл», но зато и зарплаты у них «трипл», и развиваются они очень-очень «трипл» по сравлению с остальными «просто» и даже «дабл» Фиелдс. И что они первые в мире, кто придумал сделать «фиелдс» «интерактив», то есть, с обратной связью прямо с полей! И теперь они намного эффективней могут контролировать процесс.

- Я тебе потом покажу, как это работает. Тебе понравится. Сагиб хорошо о тебе отзывался, сказал что у тебя много интересных идей, и я сразу понял, что ты – это то, что нам надо! Сагиб очень хороший хозяин, но... - Джон заговорчески подмигнул, - честно говоря, он немножко старомоден и недооценивает новых технологий. Мы же считаем, что за ними будущее. Мы даже немного соревнуемся с Сагибом, но это так... – Джон махнул рукой, как бы давая понять всю несерьёзность затеи кому бы то ни было соревноваться с Трипл Фиелдс, - ты ж понимаешь...

***

Мефусаилу выделили небольшое заброшенное поле и объяснили, что менеджеров на таком маленьком участке держать нецелесообразно, и что компания очень верит, что он, Мефусаил, справится сам. Потому и зарплату ему назначили такую высокую, принимая во внимание его, Мефусаила, квалификацию. Мефусаил тому, конечно, несказанно обрадовался и «принял предложение на месте». И потекли полевые будни...

***

-         Ну как там у нас дела, Марк? – вызывает к себе Джон старшего менеджера.

-         Отлично, Джон! Справились со всеми поломками и к концу недели подняли выработку до нормы!...

-         Молодцы! Кстати, ты знаешь, что русский выдаёт почти полуторную каждый день?

-         Да? Хм... Ну, так это  естественно! Ты сам посуди, Джон. У него сколько тракторов? Один? А у меня их десять. И ломаются они у меня в десять раз чаще. И чинить их приходится в десять раз дольше. И затрат на техников и запчасти получается в десять раз больше. Вот тебе и ответ!

-         Да-а... проблема...

***

-         Отлично, Марк, так держать! Я горжусь тобой! А как там у нашего русского дела?

-         А черт его знает... Пашет вроде с утра до ночи, никого близко не подпускает, от техников отказался, трактор сам чинит. Кстати, он у него ездить стал быстрее. Серьёзно быстрее. Мои ребята это заметили и стали вопросы задавать разные...

-         Да-а... проблема...

***

-         Джон! Тут такое дело. Русский уходит на час раньше!

-         Ну... он и приходит на час раньше... Он так попросил, сказал, что ему удобей приходить на час раньше и уходить на час раньше. Нормы не страдают. Я разрешил. А что?

-         Ему-то, может, и удобней, только мои ребята.. они ж не видят, когда он приходит. Зато они очень даже хорошо видят, когда он уходит! И спрашивают, почему?

-         Ну.. Можно им объяснить и... смотри... можно и им попробовать разрешить, а чего нет?

-         Как чего? Тогда и мне придётся приходить на час раньше. А ты же знаешь, что мне по утрам детей в школу, и я раньше девяти быть ну никак не могу. И потом.... А если не все захотят на час раньше? Если кто-то захочет на час позже? Одни будут начинать с 8-ми, другие с 9-ти, третьи с 10-ти? Мне тогда что делать? Жить на этом поле?

-         Да-а.... проблема...

***

-         Джон! Русский к трактору какую-то хрень привязал и теперь за один проход две полосы вспахивает. Даёт норму за полдня и уходит ещё раньше. Мои ребята в смятении. Чего делать, Джон?

-         Да.... это уже серьёзно. Надо что-то предпринимать... Может, ему поле увеличить? А что? Дадим ему пару синикальцев из тех, что больше всех возмущались, а его формально повысим. Ну, до бригадира там, например. Отчеты писать скажем, может узнаем, что у него там творится. На совещании докладывать заставим. Тогда и приходить и уходить ему придётся как все. Чего думаешь?

-         А что!.. Может сработать. Хорошая идея!

-         Ну и отлично! Тогда решено - завтра же и объявим... Кстати, Марк, - Джон почти смущённо улыбнулся, - так для интереса... А почему бы тебе тоже ко всем тракторам такую же хрень не приделать, как у русского?

-         Да, ну, ты что?! У меня и трактора другой конструкции, и тяговой силы у них никакой, и ребята мои такими штуками управлять не обучены. Это этот, ненормальный, чего-то там переделал, сам переставил. Да и трактор ему самый новый достался, ты ж помнишь. Вот если б мне трактора заменить, парней на курсы отправить, специалистов пригласить на пару недель, поля переразметить, тогда...

-         Хм.. интересная идея, Марк. Отличное предложение! Составь-ка к концу недели план модернизации. Рассмотрим на совете, утвердим... Правильно! Надо двигаться в ногу со временем. Ты просто молодец! Вот именно из-за таких классных парней, как ты, Марк, я и люблю наше дело! - он подмигнул - Премия за мной! Заслужил...

***

-         Джон, слушай, Майкл совсем одурел. Переразметил поля, с тракторами еще что-то сотворил, они теперь у него все носятся, как угорелые, таскают за собой уже по три эти хреновины, сам он вообще не пашет, а только руководит. И черта с два бы он, конечно, один со всем справился, если бы не... и это самое главное!,.. купил себе мотоцикл.

-         Мотоцикл?

-         Мотоцикл!

-         За чей счёт?

-         За свой!

-         За свой?

-         За свой!!! И гоняет теперь, как сумасшедший, по кругу между полями, раздавая указания.

-         И что у него с выработками?

-         Да с выработками у него всё нормально, но не в этом же дело!

-         А в чём?

-         Ну понимаешь, его синикальцы сперва жаловаться стали, что, дескать, работать приходится теперь безостановочно. Мол, раньше, пока менеджера ждёшь после каждой полоски, было тебе время и отдохнуть, и поесть, и попить, и сбегать куда надо. А как Майкл свои новшества ввёл, так никакого передыху. Даже обратно ко мне просились. Я, конечно, успокоил их, обещал поговорить с Майклом, чтоб кончал это дело. Ну, поговорил, тот выслушал, поблагодарил, сказал, что всё понял. Но кто ж мог представить себе, что он выдумает?

-         И что он выдумал?

-         Перерывы ввёл официальные, каждые два часа на пятнадцать минут!

-         А норму даёт?

-         Да даёт, чтоб он был здоров, даёт!

-         Ну тогда в чём дело-то, Марк?

-         Ну как в чём, Джон?! Мои-то теперь тоже перерывы требуют!...

-         Да-а... проблема...

***

Воплощая очередное рациональное предложение Марка, компания купила всем менеджерам по мотоциклу. Теперь на каждом поле стало достаточно только одного менеджера. Потому работать менеджеры стали по-сменно, через день - когда одна половина на поле, другая, свободная от смены, заседала в техническом совете в офисе. На следующий день менялись. Мефусаил тогда заскочил в офис спросить, когда ж доставят его мотоцикл...

-         Так у тебя же уже есть один! - удивился Джон.

-         Так он же мой собственный! -  удивился Мефусаил.

-         Ну, конечно, собственный! Несомненно! А у других своего собственного нет, вот мы им и купили. Это ж справедливо?

Мефусаил застыл мумией Осириса с широко распахнутыми глазами...

-         Ты знаешь, Майкл, ты тоже молодец, - продолжил Джон. - Первый воплотил нашу идею. Блестяще! Мы это высоко ценим! Я как раз хотел тебе сказать - мы решили компенсировать тебе затраты на бензин, потраченный в рабочие часы! Поздравляю!..

***

Так пролетел почти год... Однажды, заскакивая в офис отдать отчеты, Мефусаил столкнулся в дверях с Сагибом. Встретились, как старые друзья: «Майкл?» «Сагиб?» «Рад тебя видеть!» «Конечно!» «Как поживаешь?» «Отлично! Ты?» «Превосходно!» «Давно не виделись! Надо нам как-то пообедать вместе, что думаешь?» «Без проблем!» «Так позвони как-то, ты же знаешь, как меня найти...» «Непременно...» «Майкл!» «Сагиб!»...

В офисе Джон мельком взглянул на отчеты, автоматически похвалил и сказал:

-         Вот. Сагиб приходил. Предлагает сливаться, - и заговорчески подмигнул, - Говорил же я, не выдержать ему с нами конкуренции. - и удовлетворенно заулыбался.

-         Да. Я видел его, - кивнул Мефусаил, - И что думаете?

-         Ну-у... – протял Джон, откидываясь в кресле и по-свойски закидывая ноги на стол, - Я ж говорил тебе как-то... Хозяйство у него, конечно, аккуратное, но ты ж понимаешь... Прошлый век. Ни нашего размаха, ни моторизации менеджмента, ни даже интерактивности с полей...

-         Ну,.. положим, интерактивность можно легко настроить. – неожиданно для самого себя вдруг сказал Мефусаил.

-         Как это? Ты что, сможешь?! – оживился Джон, - Сам?! - аж ноги со стола убрал.

-         Ну,... не велико дело-то... – пожал плечами Мефусаил, - Смогу, конечно, только вот работники мои и поля...

-         Так! - Джон встал, - Про поля не беспокойся. Марк обо всём позаботится. Ты только скажи, ты что, серьёзно можешь всё сам настроить?

-         А что за проблема-то? - всё еще не понимал Мефусаил, - чего там настраивать-то?

-         Нет проблем! Абсолютно никаких проблем! Всё отлично, Майкл! Всё просто превосходно! Ты не представляешь, как я рад, что ты у нас работаешь. Супер! Ни о чём не беспокойся, я дам тебе знать, когда приступать...

Когда Мефусаил покинул кабинет, Джон аж закурил от возбуждения. «Вот это да... Если этот русский там действительно всё настроит... Невероятно! Тогда... Неужели сможет?..  Да сможет! Я ему не смогу! Трактора вон настроил, хрень эту присобачил, да и насчёт мотоциклов, если честно, была практически его идея. Чёрт с ним. Если сделает всё, как надо, купим ему тоже мотоцикл. От компании. Пусть будет счастлив... Сколько мы тогда денег-то на установку интерактивности выбросили?.. Ой, блин, лучше и не вспоминать... Чуть не разорились, блин,... Так... Значит завтра же надо..», - и Джон, схватив карандаш, бросился составлять план действий.

***

Когда Мефусаил окончательно разобрался с этим загадочным зверем, что все так кичливо величали «интерактивность», то первым его восклицанием было: «И всех делов-то?... Господи! А понту-то...»

На поверку выяснилось, что под интерактивностью с полей, которая столь весомо, блин, облегчала контроль за процессом, подразумевалась установка десятка стационарных радиопередатчиков типа «walkie-talkie», по которым менеджеры ежечасно докладывали в офис вести с полей. В офисе секретари-ассистенты, принимавшие информацию, аккуратно заносили данные в электронную таблицу, в результате чего на большом мониторе в кабинете Джона в реальном времени отражалась картина размещения техники, людей и норм выработки. Что б там ни говорили о разработчиках, но картинка на экране начальника, действительно, впечатляла: - разнообразные ракурсы, трёхмерные перспективы, превосходная графика, маштабируемая деталировка, электронные таблицы текущего состояния и даже прогнозы на день-неделю-месяц, - всё жило, мигало, двигалось, ну просто центральный военный штаб Гигемонии госпожи Гладстон!^*

У Мефусаила на его поле ничего такого не было, отчёты он сдавал в письменном ввиде по пятницам, чем всегда провоцировал полушутливые жалобы секретарей-операторов по поводу громадного объёма данных, которые им предстоит ввести в таблицы. Теперь Мефусаил стал лучше понимать и Джона, всё время тонко намекавшего ему о некотором запаздывании информации. Хотя тот особенно и не давил, - у Мефусаила всё всегда было ОК, - но некий осадок оставался... Мефусаил это чувствовал.

Сагибовы поля простерались как раз по ту сторону небольшой речушки, разделявшей владения «Трипл Фиелдс» и « Сагиб Корпорейшн». Оттуда, конечно, не наездишься, даже если возить сводки два раза в день. Мефусаил осознавал, что эта их «интерактивность»  в данном случае, действительно, весьма полезна. Однако, всё его существо почему-то противилось этому примитивизму сбора информации, а душа желала большего...

И, наконец, он придумал...

***

На демонстрации новой интерактивной системы в офисе собрались все менеджеры и ассистенты. Джон и Сагиб сидели непосредственно перед большим монитором. Остальные сгрудились сзади.

Мефусаил подключил оборудование и начал презентацию. По его замыслу все трактора теперь были оснащены специальными датчиками распознавания места. Центральный компьютер опрашивал их по кругу и автоматически формировал таблицу, которая передавалась на главный монитор без участия операторов. Когда трактор достигал конца поля, те же датчики фиксировали его положение и сигнализировали запрос на консолидированный пульт, извещая менеджера о необходимости принять решение...

Мефусаил коснулся одной из мигающих кнопок на селекторе и произнёс в микрофон «Отличная работа, Син! Теперь, пожалуйста, развернись!», - и после того, как из спикер-фона донеслось «Готово!», Мефусаил скомандовал: «Превосходно! Теперь, вперёд, плиз!», - и все заметили на мониторе, как точка, застывшая на краю поля, двинулась в обратном направлении...

Аплодисменты взорвали напряжённую тишину. Джон встал: «Вау!», - подошёл к Мефусаилу, мощно обнял его за плечо, и горячо пожал руку: «Невероятно! Фантастика! Грандиозно!». Все менеджеры, как по команде, бросились позравлять Мефусаила и пожимать ему руку. Сагиб подошёл одним из последних и искренне поблагодарил: «Спасибо, Майкл. Действительно впечатляюще. Очень впечатляюще!»

На крыльях своего триумфа Мефусаил выскочил на крыльцо и немедленно закурил... «А-а-а-а!!! Yes! Наконец-то! Хоть что-то удалось! Урррроды!!! Мы им еще покажем, козлам, по чём фунт лиха!» - и не смог сдержать сомодовольной улыбки, преисполненный гордости и тщеславия...

На дальнем краю, почти на ступенях лестницы, стояла секретарь-оператор Кэтрин – славная девушка-женщина, одна из тех, кто всегда импонировал ему. Кэтрин тоже курила, устремя взгляд в даль. Мефусаил никогда не видел раньше, чтобы Кэтрин курила. Он, всё еще улыбаясь, подошел к ней ближе и вдруг заметил,.. что по её щеке предательски пробежала чёрная дорожка размытой туши...

-         Кэтрин? - Мефусаил как-то сразу забыл обо всём, - Что случилось?!

-         Всё нормально, Майкл, - она попыталась улыбнуться, - не обращай внимания...

-         Да как же... Я же вижу, что что-то...

-         Майкл, понимаешь... – Кэтрин повернулась к Мефусаилу и он увидел что она действительно в слезах, - здесь в округе никого кроме «Трипл Фиелдс» теперь не осталось. А мы уже и так четыре раза переезжали...

-         Я... что-то... прости?

-         Извини, Майкл, что я это говорю. Я, наверное, не должна это всё говорить, особенно сегодня, но... , - она отбросила сигарету, - Понимаешь, после того, как мы потеряли Брайена после «Бури в пустыне»... это мой муж, и отец моих детей,.. у меня их двое... его пенсии едва хватает, чтоб снимать жильё,.. а у Александры, старшей, ей десять, у неё астма, и ей постоянно нужны врачи и лекарства, и... Мне, понимаешь, без страховки это просто ну ни как... Я...

-         Кэтрин? Но... Но, что ты имеешь в виду?...

-         Майкл, я правда сожалею... Я не имела в виду ни в чём тебя... Я понимаю...  Извини меня. Я просто... Просто теперь никто из операторов на фирме станет не нужен... Прости еще раз... - и она повернулась и быстро пошла к автостоянке...

Мефусаил еще долго стоял на крыльце офиса, разминая в руках потухший окурок, и силясь осознать то, что только что произошло... Вернувшись домой в этот вечер, он действительно напился в хлам...

^* Дэн Симмонс, «Гиперион», «Падение Гипериона»

***

В следующей понедельник на еженедельном утреннем совещании Джон известил, что в связи со значительным расширением компании и оснащением её передовой технологией он безмерно рад объявить об учреждении нового департамента, который возьмёт на себя целиком интерактивное управление полевыми работами и перемещением техники. В департамент, которому выделяется оперативный офис, войдут менеджеры «Трипл Фиелдс Интерактив» и присоединившиеся к нам руководители «Сагиб Корпорейшн». Возглавить же новый департамент в должности вице-президента любезно согласился Марк Фаричелли. Зал разразился дружными продолжительными аплодисментами...

После совещания Джон вызвал Мефусаила к себе в кабинет.

-         Майкл! Это большой успех для всех нас! – начал он. – Мы обсудили дальнейшие наши планы и, принимая во внимание открывающиеся перед нами перспективы, мы решили предложить тебе возглавить отдел технического обеспечения. Мы считаем... 

Мефусаил внимательно слушал, не перебивая. Наконец, когда Джон сделал паузу, позволил себе вопрос:

-         Отдел технического обеспечения? Что это означает? Я имею в виду, кто в него входит и чем занимается?

-         О! Это очень просто! Мы решили собрать всех слесарей... хм... в смысле, весь технический и транспортный персонал в одном отделе. Ну а кто лучше всех знает технику и транспорт? – Джон подмигнул, - Конечно, ты! Вон как ты трактора модернизировал. А какие прицепы к ним приспособил, а?

-         Ну... вообще-то, - смутился Мефусаил, - Да. Технику я люблю, но я думал...

-         Ну и отлично! Мы тебя очень высоко ценим! И абсолютно убеждены, что ты блестяще справишься с этой задачей. Значит возражений нет?

-         Ну... Как бы... Нет... Я честно..., - потом пожал плечами и сказал – Ну собственно... Спасибо!

-         Не за что! Превосходно! Поздравляю! – и Джон от души пожал Мефусаилу руку. – Значит, так. Офис тебе будет Сагиба. Небольшой, но пара комнат есть. Докладывать будешь непосредственно мне. Заявки на ремонт и обслуживание получать от Марка. Связь будем держать по телефону, за исключением плановых собраний. Кстати, там у Сагиба техник есть, толковый парень, Сагиб его очень хвалил, по-моему тоже русский. Эндрю его, кажется, зовут. Или Андрюй. Короче, познакомишься, всяко веселей будет... И вот еще. Самое главное! Можешь выбрать себе одного из операторов в качестве секретаря-ассистента. Работы у тебя будет много, так что мы решили, что это будет хорошая помощь...

-         Ассистента?

-         Ну да! Что? Круто, а?! – Джон весь просто сиял от осознания собственной щедрости, - Кого скажешь?

-         Я могу выбрать?– переспросил Мефусаил не до конца веря в такой поворот, - Из операторов?

-         Ну я же тебе говорю...

Мефусаил на секунду задумался и вдруг, словно тонкая струнка оборвалась внутри и, напомнив о себе вечерним разговором, зазвучала единственно правильным выбором:

-         Кэтрин!

-         Кэтрин?

-         Да, Кэтрин, - подтвердил Мефусаил убеждённо.

-         Но..., - Джон был немного удивлён, - Ты уверен? Она вообще-то не самый опытный оператор, если брать по сроку работы...

-         Зато технически подкованный, - наобум брякнул Мефусаил.

-         О-кей... Как скажешь... Кэтрин так Кэтрин. Значит, так тому и быть, - и снова заулыбался, протягивая руку - Ещё раз поздравляю!..

К концу недели Мефусаил и Кэтрин переехали в офис Сагиба. Остальные операторы «Трипл Фиелдс Интерактив» были уволены с двухнедельным выходным пособием...

***

Сагибовский техник действительно оказался русским, хоть и из Мелитополя. Страшно обрадовался встретить земляка, представился Андреем:

-         Майкл? – переспросил, - Значит, Михаил, да?

-         Ну... почти, - улыбнулся Мефусаил. «Действительно созвучно», - подумал он, - «Даже внимания никогда не обращал».

Андрюха, как его вскоре стал называть Мефусаил, был, что говорится, слесарь от Бога. Любой трактор мог с закрытыми глазами разобрать и собрать. И без всякой спецификации. Ещё и запчасти потом оставались. Хоть бери и толкай их в розницу. Он и мотоцикл Мефусаилу переоборудовал. Навесил реактивный ускоритель твердотопливный, турбину с закрылками от F16 пристроил, так что Мефусаил теперь мог запросто взлетать к облакам и парить там, широко раскинув пальцы, купаясь в ласковых лучах весеннего полуденного солнца вместе со своим аппаратом... Стоп! Тут я уже, по-моему, гоню... Точно! Не было ничего такого. Во сне, разве что... Флэшбэк такой небольшой, отражение Транквилиума на пыльный мир*. Но тем не менее… Андрюха оказался парень что надо, и скоро знакомство с ним переросло в настоящую дружбу. Вечерами, возвращаясь с полей, отмывшись от пыли и пота, они частенько теперь засиживались под майскими звёздами за бутылочкой пивка (одной-другой-третьей) с рыбкой, естественно, из «Русских Деликатесов», а то и графинчиком беленькой с солёными грибочками, малосольной капусточкой, черемшичкой маринованной, осетровым заливным да с сырокопчённой грудинкой, балычком «Капитан» и огурчиками «Зэр Гуд»!..

-         Да ну чё там, Миха! – Андрюха потянулся к графинчику, - Ты просто дисатисфакнутый какой-то с головы до вечера... А по-моему, так всё «веригуд», как говорит Аристотель. Вон, гляди, водка дешёвая, хавка отменная, бабки капают, шо тебе надо-то ещё?

-         Андрюха! - не унимался Мефусаил, - но это же не честно! Несправедливо! Это же я всё придумал! Наладил, настроил, а этому лоху чилийскому все лавры, и должность, и офис!

-         И мотоцикл! – подколол Андрюха, поднимая рюмку в приглашении к тосту.

-         Да!!! И мотоцикл! – Мефусаил отчаяно жестикулировал всеми членами своей души, - Мне же эти выхухоли подколодные так ничего и не дали, понял? Я там блэк-джек рвал на фашисткий крест, а мне, - «бензи-и-ин в рабочие часы! Поздравля-яю!..»

Андрюха вдоволь отсмеялся, махнул еще раз рукой, мол, ладно, давай, не отставай, и отметив, что Мефусаил тоже присоединился, резко опрокинул рюмку. Закусив зеленью, сказал:

-         Ну а шо ты хочешь, скажи мне? - отхлебнул клюквенного морса для нейтрализации, - Мы ж для них, хоть ты в саксофон согнись, всё равно, неведомы зверушки! И ими же и останемся... Ты вот сам посуди. Ты к ним со своей идеей пришёл? В соучастники позвал? Одобрение получил? Нет... Никого ни о чём не спросил, ни с кем не посоветовался, сделал всё, как сам решил... И чё ты ждал? Всё! Чепец ежу! Расслабься. Ты от них сам отгородился... Они к тебе ходили? Техников присылали? Помощь предлагали? Что ты им показал?.. Перо руля ты им показал, правильно?

-         Так, блин же ж... они же ж пока разродились бы... На хрена мне столько советчиков, как на той площади при изнасиловании?

-         Вот именно! В этом-то и проблема, - Андрюха по-хозяйски перераспределил оставшиеся закуски, подобрал опустевшие тарелки, сгрузил их в мойку и снова уселся за стол, -  Ты пойми, Миха. Ты им, шо называется, свою идею «не продал». Потому они посмотрели и сделали сами. Без тебя. Как смогли. А себя... ты сам поставил в такое положение, шо вот, как бы, есть ты, и есть фирма. И всё. И яхты эти две идут паралельным галсом. Они тебя терпят, потому что можно смотреть и делать то же самое, а сливаться в катамаран ты категорически не желаешь...

-         Но это ж неправда!

-         Правда, правда. Роют, роют. Капают...** – и Андрюха опять расхохотался...

В дверь позвонили. Андрюха пошёл открывать. Тотчас же до Муфусаила донеслось:  «О! Какие люди! Заходи, дорогой, не пожалеешь!». Через минуту, Мефусаил уже знакомился с еще одним зёмой по имени Володька...

-         Володька у нас, понимаешь, вегетарианец, - представил другана Андрюха, разливая уже на троих, - Натуральный, веришь?

-         Не-е... не верю... – Мефусаил ошалело разглядывал двухметрового бугая с размахом плечей в косую сажень.

-         Так я тебе говорю! Мы с ним по жизни аж с седьмого класса!

Володька похахатывал, накладывая себе огурчики, грибочки и прочую флору.

-         ... И как его, главное дело, угораздило вегетарианцем стать, - продолжал Андрюха, - никто поди уж и не знает теперь...

-         Обижаешь, Дюха! – шутливо возмутился Володька, - А я что? Умер?

-         Ты?... -  и Андрюха обнял его за богатырские плечи, - Ты – просто песня! А песне ты не скажешь до свидания! Песня не умеет умирать! – и оба покатились со смеху...

Короче, Володька, конечно, не сразу родился вегетарианцем. Сначала он был, как все. Потом просто перестал есть тела убиенных им животных. А перестать было очень не просто. Во-первых по причине того, что Володька мог убить кого хочешь, а во-вторых, потому, что в стране, где он рос, давным давно сложился такой принцип – кого убил, того и съел... Но Володька крепился. Сначала перестал есть жаркое из млекопитающих под французским белым соусом (сливочное масло - 30 г, мука - 40 г, вода - 0,5 л, соль, перец по вкусу), а потом и совсем втянулся... А через год смотрит, а жрать-то нечего! Одни овощи и фрукты. И проблема, самое интересное, в том, что в стране-где-он-рос не было ни овощей, ни уж тем более фруктов! Тут он и перестал, можно сказать, есть совсем... Похудел, как пудель после весенней стрижки, одни кисточки на запястьях остались. Кое-что, конечно, выменивал на частных рынках за водку (какое кощунство!), однако, как Мефусаил понял из рассказа, то ли водки было слишком мало, то ли язвенников было слишком много, но отсутствие возможности рационально питаться крайне способствовало гипертоническому кровотечению такой регулярности, что даже гигеенические тампоны, размещённые хирургическим образом в носовой полости до сих пор так и не дали желаемого результата...***

Мефусаил, когда всё это услышал, вдруг неожиданно как-то подумал... Сейчас же. Мгновенно, так. Наплывом. (Excusez-moi ma chиre madame et n'йcoutez pas je pour un moment). Короче, заткните уши, мадам, на секудну, я цитирую... Так вот. Муфусаил подумал: «Ёпанный в рот!.. Это просто писец! На фуя же так ублядовываться?...» Вот... Sorry about that. Mon excusez-vous... После он так никогда не думал... Правда! Я с ним лично беседовал по этому поводу, и Мефусаил согласился, что был жестоко неправ, и заверил, что больше никогда(!), и уж, во всяком случае, до конца этого рассказа, он ни при каких обстоятельствах не позволит себе думать таким неподобающим образом...

***

Наутро Мефусаил спланировал революцию. Нет, не в смысле переворота, а в смысле внутреннего и всецелого осознания безграничной любви к родному руководству. Всю дорогу он готовился. Потому что роль хорошо сыграть можно только тогда, когда сам в неё полностью поверишь... «Джон,» - старался верить Мефусаил, - «просто отличный руководитель! А Марк – блестящий менеджер! И я их всех очень люблю. Очень! Просто очень люблю. Очень-очень. Особенно под белым французским соусом, блин, с поджаристой корочкой, лапками кверху и яблоком в гузочке, бляха, твою медь!!...»

И Мефусаил начал смутно догадываться, что намеченная на сегодня революция любви к человечеству снова почему-то не состоится...

^* Андрей Лазарчук, «Транквилиум»

^**  Евгений Шварц, Макр Захаров, «Обыкновенное чудо»

^*** Mocker_bat, Опус «Как мы рожали»

***

В выходной Майкл с Андрюхой отправились на рыбалку. Андрюха это дело знал и любил:

-         Тут главное шоб инспектор не заметил. А рыба - она дура, сама в сачок идёт, - объяснял Андрюха, - Но сачком ловить нельзя. По закону ловить можно только на крючок. Так шо самое главное тут – запихнуть ей в рот крючок, а потом пустить по реке, шоб она сама(!), обрати внимание, сама вошла в сачок. Понял тему? Вот и чудно! Так шо я буду ей в пасть крючок пихать, нежно, по всем правилам, а ты с сачком стоять ниже по течению...

Так и приноровились. Андрюха натаскал рыбы, отметились на расчетном пункте, заплатив по номиналу с головы, и устроились на пикник неподалёку. Место оборудованное, тихо, речка, мангал, столик со скамейкою, всё цивилизованно. Прихваченное с собой Шардоне разлили в салоне машины в кофейные дорожные чашки, чтоб не заподозрили в распитии спиртного в общественном месте. Рыба на огне удалась на славу, Андрюха и в этом был мастер!

Насытившись и разомлев на травке под солнышкым, потягивая белое сухое с сигареткой, разговорились за жизнь.

-         Вот ради этого стоит ё-моё, ну ты понимаешь...

-         Да-а....

-         Да-а...

Андрюха легонько ткнул Мефусаила в бок:

-         Слышишь? Миха? – подмигнул, - А Катька-то, явно к тебе неровно дышит, а? – и кобелически заржал.

-         Какая Катька? - не сразу врубился Мефусаил.

-         Ну Кэтрин наша, какая-какая...

-         Да ну с чего ты взял?! – опешил Мефусаил.

-         Я?! – Андрюха обалдело хлопнул себя в грудь, - Да ты с дуба рухнул! Девка аж прямо не знает, каким местом к тебе пристать. Вся аж так из кожи и лезет, по пятам за тобой ходит, а ты говоришь... Ты еще скажи, что этого не заметил...

-         Да брось ты, Андрюха, - махнул рукой Мефусаил, - при чём тут не заметил... Я ей просто помог немного однажды, вот она и,.. видимо... Да, нет! Это ты со своей русской ментальностью. Тут тебе не там. Расслабься...

Андрюха просто руками развёл:

-         Не, ну видели такого?.. Да я тебе говорю! Миха! Ну ты шо? Это ж всем ясно, как божий день... Ты сам подумай...

Мефусаил действительно отметил кое-какие изменения, произошедшие с Кэтрин с момента её перевода к нему в ассистенты. Она очень старалась, во всём его поддерживала, никогда не отказывалась от поручений, даже варила ему кофе и таскала какие-то бутерброды из главного офиса. Тем не менее, он списывал всё это на естественную признательность, и не придавал особого значения. После того разговора на крыльце офиса, он понимал... Но... если задуматься, то... правда... Мефусаил ухмыльнулся...

С наступлением весны Кэтрин начала как-то активно «раздеваться». Белую сорочку с высоким воротником сменила несерьёзная маечка на тонких лямочках с глубоким декольте. Юбка её изо дня в день становилась всё короче и короче, пока совсем не превратилась в тонкий поясок с оборочкой, едва прикрывавшей округлости. А если она внезапно приседала, чтобы достать какой-нибудь документ из нижнего ящика... о, мэн... Или наклонялась над столом, чтобы поставить чашку свежесваренного кофе... Принимаясь обсуждать какие-нибудь производственные вопросы, она непременно заходила за его сторону стола, поворачивалась в полоборота, непренуждённо касаясь его бедром...

Как-то случилось им вдвоём отправиться на ланч. Кэтрин тут же протянула Мефусаилу ключи от своей машины со словами «ты веди» и проворно забралась на пассажирское сидение. Туфельки она тут же скинула, поджала под себя ноги и кокетливо одернула юбочку, не изменив тем жестом в общей картине абсолютно ничего. Всю дорогу она без умолку трещала о чём-то, пока не обронила фразы, что, дескать, в семейной жизни рано или поздно всё равно наступает такой момент, когда партнёры надоедают друг другу, и каждого тянет попробовать что-нибудь новое. Мефусаила аж подбросило. «Ну ничего себе! Это что? Предложение?», - подумал он. Но тут же постарался скорей отогнать эту мысль...

Другой раз в офисе Кэтрин наклонилась поднять скатившийся на пол карандаш, перевесившись через край стола так, что её маечка выскочила, обнажив кружевные трусики и элегантную змейку, вытатуированную где-то в районе пятого поясничного позвонка. Мефусаил так опешил, что от неожиданности воскликнул: «О! Очаровательная татуировка!». И чёрт его дёрнул это сделать. Потому что Кэтрин немедленно выпрямилась, развернулась и со словами «Тебе нравится? Правда? А у меня есть ещё одна!» оттянула край юбки вниз, оголив правый бок до бедра, и продемонстрировала на незагоревшей полоске нежного тела цветную розочку совсем рядом с тем местом, где уже начинался пушок... Мефусаила аж, блин, пот прошиб. «Круто!», - выпалил он и подскочил, как ужаленный. Как бы зачем-то. Он сразу даже не смог придумать зачем. Схватил стакан, заглянул внутрь, поставил на стол. «Э-э... Кэтрин...»

-         Правда красивая? - как ни в чём ни бывало, спросила она, запахиваясь, - Это была моя первая тату. Я страшно боялась. Но Брайен уговорил... - Кэтрин опустила глаза и вздохнула...

-         Я правда сожалею, - выдавил стандартную фразу Мефусаил.

-          Ничего. Это уже прошлое. – улыбнулась Кэтрин и выскочила из кабинета...

***

К моменту получения своей первой кредитки Мефусаил настолько привык к имени «Майкл», что именного его заказал прописать на своей новой Мастер-карте. «А чего, действительно, выпендриваться?» - думал он, - «Если даже Андрюха меня Михаилом кличет, так чего уж там, в самом деле. Может, потом и официально имя поменяю...»

Ну и славно. Майкл, так Майкл. Мне только проще. Если человек так решил, будем называть его просто Майклом. Отсюда и дальше. Вот... А дальше что? Дальше, значит, приходит как-то наш Майкл к Джону на доклад, а тот ему и говорит:

-         Ты знаешь, Майкл. Я бы хотел пригласить тебя завтра на партию в гольф, что ты об этом думаешь?

-         В гольф?! – «Ну ни фига себе!», - подумал Майкл, - «Ладно бы еще там в теннис, или, скажем, биллиард... Но вот прямо так сразу и в гольф?!»,  и пожал плечами - Да я даже никогда и не играл-то...

-         Вот и прекрасно! – улыбнулся Джон, - Надо же когда-то начинать! – и рассмеялся.

-         OK… но завтра же... – пятница!

-         И что? Чем тебе не замечательное начало длинного викэнда? – Джон опять рассмеялся, - Майкл! Проснись! Ты теперь - руководящий состав! А руководящий состав может позволить себе иногда, что называтся, офф-сайт совещание в неформальной обстановке. Да? Нет?

-         Да я... «ДА», конечно! – Майкл, наконец, осознал, что это реальность и безусловно обрадовался: «Вот оно, блин, преимущество быть начальником! Каким никаким, а всё таки... Гольф!»

-         Ну и замечательно. Тогда предупреди своих и завтра здесь в девять. Поедем на моей. А отчеты оставь, я посмотрю потом...

-         Спасибо!... А... Мне что-то надо с собой?

-         А? Нет! Ни о чём не беспокойся. Клуб я знаю, там всем обеспечат, и обувью, и клюшками и мячами. И, конечно, оплата за счёт компании. Давай, до завтра...

«Вот это круто!», - думал Майкл, выходя из офиса, - «Чёрт подери! Жизнь, блин, налаживается, а? Гольф! В пятницу! За счёт конторы! Круто! Нет, всё-таки всё не напрасно, всё не зря. Я – молодец!..»

***

После полуночи зазвонил телефон. «Мефик, это я!» - звонил друг детства, Фима, из Питера. По первым же словам стало отчётливо понятно, что Фима пьян. «Мне плохо... Мне даже не с кем поговорить...», - и потом сказал куда-то в сторону: - «Да!... Да!... Ну и что? Я за всё плачу! Идите все...»

-         Ты не дома? – поинтересовался Майкл.

-         Нет...

Какое-то замешательство, возня, словно трубку вырывают. Женский крик на грани истерики «Положи немедленно!». Фима: «Я всё оплачу! Я сказал!». Под активное шебуршание снова крик – «Иди ты знаешь куда? Ты в прошлый раз на стоху наговорил, а мне потом счёт пришёл, я чуть не сдохла!». Опять шум борьбы, потом опять Фима – «Я же сказал всё оплачу! И за прошлый раз тоже...»

-         Фима, что у тебя происходит?

-         Да пошли все в жопу!.. Я за всё плачу!.. Мефик!.. Ты знаешь сколько я теперь делаю в месяц?.. Знаешь?.. Десять штук!.. Тарабаксами!.. Наливой!.. Понял?

-         И по этому поводу ты снова пьян? Ты ж «зашился»?

-         Да пошли все в жопу!.. Расшился!.. Жизнь – говно!.. Мефик! Меня никто не понимает... Только ты... Прилетай, а? Я всё оплачу!

-         Прямо сейчас? – улыбнулся Майкл и подумал «чтоб опять ехать забирать тебя из очередного борделя, везти домой и петь тебе до утра колыбельные под гитару»...

-         Да! Прямо счас! Что? Слабо?.. Мефик, ты мне друг?

-         Друг, - обречено подтвердил Майкл.

-         Тогда, как друг, скажи мне, Мефик,.. как мой единственный,.. мой самый близкий друг детства.., - опять куда-то в сторону «Марина, я тебя очень прошу. Я серьёзно. Я всё оплачу. Слово офицера и дворянина... Потомственного!.. Я всё потом оплачу. Только сейчас, Марина, отойди, пожалуйста, в жопу отсюда...», и снова в трубку, - Мефик! Я – ге-ннн-ий! Ты знаешь, что я гений?

-         Знаю. Ты – гений. Что ты опять сделал?

-         Что я сделал?!... Мефик, я сделал «очередь»! Ты понимаешь, что это значит? Мефик! В Питере уже давно нет очередей! Очень давно. А я сделал «очередь»! В мои ларьки стоит очередь! Потому что все педерасты, один я – Д’Артаньян! Я договорился со всеми, слышишь? Я объяснил им, как детям, на пальцах, что если мы скинем цену по всей длине, то все, абсолютно, все(!) пойдут к нам! И тогда мы будем продавать в три, в четыре раза больше товара в день, и дневная прибыль удвоится!.. И ко мне в ларьки встала очередь! И я теперь делаю десять штук в месяц! Чистыми...

-         Я понял, понял, - перебил его Майкл, - что ты продаёшь?

-         Как что? – возмутился Фима, - Сосиски! Самый ходовой товар. Людям же надо что-то жрать... Понимаешь, я договорился со всеми, абсолютно со всеми, от мясокомбината до бандитов, уговорил снизить цену. Чуть-чуть. А в розницу это получилось в полтора раза дешевле. И всё!!!

-         Ты – гений, Фима! Я рад за тебя! - Майкл искренне обрадовался, оценив, что может быть первый раз в жизни Фима действительно заработал деньги, сделав что-то полезное для «потребителя». Все предыдущие истории с палёной водкой, просроченными соками, левыми компьютерами на автотракторном... Ой, лучше и не вспоминать... Майкл никогда не мог найти оправдание подобному бизнесу. Но в этот раз, похоже, Фима действительно честно заработал!, - Ты правда гений!

-         А-а-ахрр... – удовлетворённо прорычал Фима в трубку, - Во-о-от! Ты видишь? Ты сразу врубился! А они, Мефик, они - все идиоты! Они настолько идиоты, что они даже не могут оценить, «что» я сделал! Для них штука или десять – никакой разницы. Потому что даже штука для них уже из области фантастики. Они не понимают, зачем вкалывать, как собака, ради десяти, если уже за штуку можно жить три месяца! Они сбиваются в цифрах. После ста тарабаксов они плывут, понимаешь? Для них это - что-то заоблачное, нереальное. Они готовы убить,.. натурально убить за сотню, а уж за такие бабки... им абсолютно наплевать, каким образом их можно получить... Ты меня понимаешь?

-         Фима. Может, ты просто не там ищешь понимания? Может, если бы ты рассказывал о своих победах кому-нибудь чуть-чуть поболее, чем потаскухам в разных...

-         Иди ты в жопу, Мефик... Вот только не надо меня «оттуда» учить жизни... Эту жизнь, поверь мне, я знаю на порядок лучше тебя. Ты знаешь, как я тебя уважаю со всей твоей техникой, тракторами, интерактивностью... Я всем всегда говорю, что ты – это единственный человек, который умнее меня! Но в жизни ты не понимаешь ни хера, не обижайся! И потому вдвоём мы были всегда непобедимы... Ме-е-фи-к! Ой, блин, помнишь, как нам было вдвоём хорошо?... Помнишь? Прилетай! А? Я всё оплачу!

-         Я понял... Ты всё оплатишь, Фима!..

И тут в трубке где-то на заднем плане возникли мужские голоса, и сквозь общий трескучий фон, вперемежку с женскими возгласами проступило что-то типа «слышь, ты, пидор, а ну положи трубку, пока у тебя ещё есть чем...», и снова всё потонуло в звуках какой-то возни...

-         Всё, Мефик, пока. Я перезвоню... , - сказал Фима серьёзно.

-         Что там? Проблемы? - сразу забеспокоился Майкл.

-         Да! – и бросил трубку...

«Твою мать, Фима!», разозлился Майкл, в свою очередь бросая трубку на рычаг. «Вот же, блин, подарила судьба дружка детства! Что там у него? И ведь не подскочишь, как бывало, на такси проверить, всё ли в порядке... Блин, хоть бы не случилось чего в самом деле... Ладно. Завтра перезвоню, узнаю... После гольфа... Ёшкин потрох! Фима! Завтра у меня же гольф, а ты тут со своими...» - и Майкл попытался поскорей забыть обо всём и уснуть...

***

Ударив пару раз по мячу с разной руки на пробу, Майкл решил, что у него стойка всё-таки правосторонняя и выбрал клюшки. Погода стояла просто как по заказу. На синем небе ни облачка. Солнце светит, птички поют, ветерок легкий – идиллия!... Погрузив сумки в электрокар, они с Джоном уселись в открытой кабине. Джон завел машинку и направил её в сторону первой лунки.

Теоретически в игре не было ничего замысловатого – выбиваешь мячик из стартовой зоны (мяч на старте ставится на такую маленькую подставочку, называемую «ти») и стараешься попасть как можно дальше по фэавэю. Фэавэй – это такое поле, где трава аккуратно подстрижена, чтобы мячик можно было легко пробивать прямо с грунта. Потом, если всё нормально, несколькими ударами проводишь мячик по фэавэю, пока не забрасываешь его на так называемый паттинг-грин – лужайку с идеальной короткой травой, по которой мячик уже может беспрепятственно катиться на довольно приличные расстояния. Ну и всё. Берёшь специальную клюшку «паттер» и закатываешь мяч в лунку. Чем меньше ударов совершил за всё это мероприятие - тем лучше...

Конечно, на практике всё совсем не так просто. Поле усыпано всякими препятствиями, предумышленными, лужами там, водоёмами разнообразными, песчаными ловушками, из которых хрен просто так этот мячик выбъешь, только специальным «сэнд уэджем». Да и вообще попасть на этот фэавэй тоже задачка не из лёгких – виляет, сужается, деревья кругом, ветер опять же, зараза, мяч сдувает. А по краям этого самого фэавэя трава растёт за всю грязь. Оттуда, если промахнулся, тоже нормально сбить, почти как из песочницы. Ну и клюшку правильную выбрать (а их аж четырнадцать!) – тоже искусство. Короче, прикольно...

К пятой лунке Майкл проигрывал Джону уже девять очков. Тот выступал стабильно по нормативу и даже сделал «бёрди» на третьй – забил мячик в лунку, сделав на один удар меньше номинала. Майкл, конечно, всё время получал «баугги» и «дабл баугги», превышая норму на один-два мяча. Однако Джон его всё время хвалил и подбадрибал, советовал чем и как бить, и вообще не переставал восхищаться:

-         Фантастика! Правда, отлично, Майкл! Для первого раза ты делаешь просто поразительные успехи! Поверь мне, обычно начинающие не вылазят из кустов и ловушек, а ты почти всё удары ведёшь по фэавэю.

-         Да ладно..., - отмахнулся Майкл, - Зато на грине у меня просто кошмар какой-то... – но самому было, конечно, чертовски приятно.

-         Ничего, ничего. Освоишься. Не переживай!..

После одиннадцатой лунки Майкл уменьшил разрыв до семи очков – Джон, пытаясь преодолеть «прямую водную преграду», дважды утопил мячик. На четырнадцатой короткой Джон забил «хоул-ин-уан» и лишил Майкла всякой надежды... На обратном пути от последней восемнадцатой лунки, выиграв партию с разгромным счётом, Джон обратился к Майклу с неожиданным вопросом:

-         Майкл... А как у тебя дела с Кэтрин?

-         В смысле?... – не понял тот.

-         Ну.. В смысле... Она... Как бы это тебе сказать... – Джон посмотрел Майклу в глаза, помедлил, - Скажем, она обеспокоена тем, как ты на неё реагируешь.

-         В смысле?.. - Майкл по-прежнему ничего не понимал.

-         Майкл, ты когда-нибудь слышал о таком понятии, как «сексуальное преследование»? – спросил Джон напрямую.

-         Что-о-о? – Майкл чуть из кабинки не выпал, - Я? Сексуально преследовал? Кого? Кэтрин?

-         Майкл, не волнуйся. Дело мы уладим. Я поговорил с Кэтрин и она согласилась пока не подавать официальный иск...

-         Что-о? – Майкл от возмущения даже перебил Джона, - Дело? Иск? Джон, о чём мы говорим? Да я к ней пальцем не прикасался! Вообще не понимаю, как...

Джон остановил электрокар на площадке и повернулся к Майклу лицом:

-         Майкл, пойми, это другая страна. Тебе, вероятно, непросто привыкнуть. Здесь ты не имеешь права обидеть женщину ни жестом, ни замечанием, ни даже взглядом. Всё это подходит под статью закона о сэксуальном преследовании. Кэтрин же пожаловалась, что ты её «разглядываешь». Понимаешь, о чём я говорю? Это серьёзно.

-         Джон! Так ... – Майкл развёл руками, оправдываясь - Что значит «разглядываю»? -  он вылез из электрокара и заходил взад-вперёд, - Ты посмотри, в чём она ходит! Она же практически голая. Аж глазам больно. Я... у меня просто естественная реакция... Она же сама меня провоцирует.

-         Майкл. Как мужчина, я тебя понимаю, но как начальник должен принять меры. – Джон тоже поднялся на ноги и подошёл к Майклу, - Пойми. Кошечки и собачки всякие тоже ходят по улице голые, но ты ж не будешь утверждать, что они провоцируют тебя к зоофилии?

-         Но это же совсем другое дело! – воскликнул Майкл, пораженный очередным логическим поворотом Джона.

-         Не совсем... Если ты считал, что наряды Кэтрин отвлекают тебя от работы, ты должен был поговорить со мной, и я бы аккуратно подсказал ей, как поступить. Ты же этого не сделал, правильно?

-         Но... Я... Почему я должен был? Я полагал, что все имеют право одеваться как им угодно...

-         Вот именно! – обрадовался Джон, поймав, наконец, нить, - Все имеют право одеваться, как им угодно, и никто не имеет права реагрировать на это неадекватно. Понимаешь, что я имею ввиду?

-         Понимаю,.. - опустил голову Майкл. – Теперь я всё очень хорошо понимаю...

-         Ну и отлично! – похвалил его Джон, тронув за плечо, и направился к электрокару. – Вот и прекрасно. Садись, поехали. Я рад, что ты всё понял. А на счёт Кэтрин не беспокойся. Я распорядился перевести её в главный офис. Ты был прав, она действительно хорошо разбирается в  технике и сделала большой прогресс за последние месяцы. Ну, а тебе, извини, некоторое время придётся управляться самому. Пока мы не подыщем тебе другого ассистента...

***

Прошёл месяц. За это время Майкл поднастроил электронику так, что практически со всем мог управляться сам. Кое-где помогал Андрюха, который, не долго думая, переселился из подсобной каптёрки в бывшую Кэтриновскую приёмную и теперь оттуда руководил своим авторемонтным парадом. Под шумок они вдвоём перетащили к себе с автозаправочной и кореша Володьку, который тоже теперь захаживал в офис как к себе домой. Обещанного ассистента им, конечно, так и не дали. Да и кому он теперь был нужен?!

-         И всё-таки, какая ж стерва! - всякий раз заводился Майкл, когда речь заходила об ассистенте, - Да кому она вообще была нужна? Ни черта ж вообще делать не умела! Каждый раз мучительно выдумывал ей работу, чтоб только оправдать её жалкое существование. Перед Джоном расхваливал, как идиот, мол, с те-е-ехникой «на ты», прогресси-и-ирует не по дням,.. стерва.

-         Да, ладно, ты. Успокойся уже, - махал на него рукой Андрюха, - будет и тебе мотоцикл! - и самодовольно ржал над своей шуткой... – Шо нам тут вдвоём одиноко или просторно чересчур, а? Расслабься, всё нормально.

-         Нормально, говоришь? – прищуривался Майкл.

-         Нормально, говорю!

-         Нормально, Андрюха?

-         Отлично, Михаил!..

Так и катился день за днём... Утром стопка безумных заявок от Марка. Полдня на выяснение «он, блин, не заболел, нет?». Телефонные звонки, иногда визиты в главный офис, совещания на тему «нам надо окончательно разобраться в проблеме»... Кому надо? Какой проблеме? Он же начальник «всей интерактивности», ё-моё. Рулевой планеты всей! Вот пусть и интерактивит до изнеможения, блин! Какого, извините меня, хрена мы должны менять ему датчики слежения на тракторах?! Что значит передать ему электриков? А кто у нас электрооборудование будет настраивать?... Я просто фигею... Ты что-нибудь понимаешь?...

-         Андрюха, это просто финиш!.., - всё еще не остыв после очередного совещания, рассказывал Майкл, нервно пожирая суши в ближайшем японском ресторанчике, куда они с Андрюхой зачастили на ланч, - Прикинь! Этот их продвинутый совет освобожденных менеджеров родил очередную гениальную идею. Трудоёмкие, говорят, производства теперь все размещают в офшорах, там, где затраты поменьше. И вот они, значит, решили, что нам тоже надо немедленно воплотить этот передовой метод!

-         Ну и чего? – простонал Андрюха, морщась от хрена васаби, пробившего до кончика мозгов.

-         А того! Я им говорю «Как? Что вы собираетесь офшорить? Поля? Ага!», говорю, «Точно! Давайте им все поля отофшорим! А чего? Отправим им дёрн, грунт, камни, буераки аккуратно соберём и запакуем, напишем подробную инструкцию, где их потом разложить по местности, чтоб воссоздать точную картину...»

Андрюха рассмеялся, одобрительно кивая:

-         Ага, и непременно просимулировать все изгибы этой чёртовой сточной канавы, что торжественно называется «Рекой Святого Габриэля»! Иначе поставленная задача не будет до конца достоверной, – и оба саркастически захохотали...

-         Лучше б они свой «освобождённый совет» куда-нибудь отофшорили в полном составе, - продолжал ёрничать Андрюха. Потом спросил, - Ну и чем закончилось?

-         Да ничем хорошим,.. - Майкл посмотрел серьёзно и, выдержав паузу, добавил -  Они, как всегда, сделали вид, что по достоинству оценили мою шутку, и объявили решение передать на офшор все авторемонтные работы...

Андрюха, вытирая губы от соевого соуса, как-то сразу сбился, не понимая плакать ему или смеяться:

-         Шутишь?

-         Увы, нет.

-         Как это?

-         Вот так это.

-         То есть?.. Ты чего, издеваешься? Ты что, хочешь сказать, что теперь мы будем снимать задний мост и отправлять его в офшор с аккуратной инструкцией, как и где поменять болт крепления тормозного барабана?

-         Ну что-то вроде того... Мелкие работы будем производить на месте. Для крупных, требующих гаражного оборудования и складских помещений, трактора будут отправляться в офшор. Сказали, что закупят несколько резервных единиц, на подмену, а гараж и склад переоборудуют в парковку техники.  - Майкл продолжал скороговоркой, не давая Андрюхе перебить его с главным вопросом, - Да, отдел расформировывается, техников с электротехническим образованием переводят в подчинение к Марку. Ты остаёшься. – наконец выпалил Майкл одним духом и посмотрел на Андрюху, лицо которого выражало самую разнообразную гамму чувств, от мгновенного облегчения до полного разочарования.

-         А ты?

-         Я тоже. Здесь, с тобой. И офис оставили...

Андрюха молча повернул голову к окну, помолчал несколько секунд, перебирая губами и глядя вдаль сквозь стекло на стоянку автомобилей на маленькой плазе,.. обречённо спросил:

-         И кто ещё?

-         Ну, Володька, само собой. Пара синикальцев для горюче-смазочных и тот новенький, которого на прошлой неделе взяли, по ходовой.

-         И всё?! – повернулся к нему Андрюха.

-         И всё, - пожал плечами Майкл.

-         И ты согласился?

-         А у меня был выбор, да? Меня кто-то спросил?... Меня просто поставили лобстером по свершившемуся факу! Пожелали успехов и пожали руки. И в дальний путь на долгие года!...

-         Да-а-с... Чепец ежу, - протянул Андрюха, барабаня по столу костяшками пальцев. Помолчали... - Ладно, пошли. Хорошо, что хоть офис не отобрали. Там, правда, кондиционер сдох, зараза, надо будет подать заявку, кстати...

***

Третью неделю Майкл напряженно думал, где взять деньги. Много денег для революции. Или хотя бы на Lexus 400h AWD. Ничего не получалось. Что бы он не придумывал, это либо тут же демонстрировалось на очередной авто-тракторной выставке, либо уже где-то банально продавалось. Самым возмутительным по-мнению Майкла оказалось то, что по контракту с Трипл Фиелдс, все его изобретения и даже мысли, как оказалось, целиком принадлежали компании-работодателю. Так что, как объяснили ему его бывалые друзья, можно сидеть и не рыпаться.

Друзья призывали отвлечься, периодически подкидывая Майклу идеи частных заводиков по переработке продуктов метаболизма, а так же эластичных мобильных отхожих мест со встроеным дробильно-измельчающим агрегатом и беструбным дренажным отводом на основе wireless технологий. Большой оживленной дискуссии был удостоен проект размещения антигравитационных унитазов на потолке в целях экономии жилой и рабочей площади. Короче, друзей конкретно клонило в сторону определённой темы, наводя на неожиданные мысли.

Один, правда, давнишний друг из Северной Тарабарии не унывал навязывать свою идею вживления датчиков местоопределения в детские мобильные телефоны, то ли в самих детей, то ли и в тех и других. По его мнению, все родители просто половой изнывали истомою от желания трассировать местонахождения своих чад в любое время дня и ночи. Вот, дескать, оно пошло в школу, а вот в парк, а вот домой, а вот как раз устроилось на том мобильном измельчающем агрегате прямо на потолке в гостинной. Красота! Все счастливы...

Несчастлив был только один Майкл. Потому как денег на революцию по-прежнему катастрофически не хватало, не говоря уже про Lexus 400h AWD. Советы бурить грунт в поисках нефти на бензоколонках или копать клад под стенами фондового банка были, конечно, заманчивыми, но пока что отвергались за отсутствием безысходности...

Вечером  ураганом ворвался Андрюха с новым гриллем, целиком поглощенный проблемой герметичной состыковки шланга газового балона со штуцером горелки. Между делом поведал очередную историю Тарабарской Мечты о бывшем иммигранте, который сказочно разбогател на ремонте бытовых кондиционеров. Разбогател настолько, что его жена даже смогла себе позволить оставить работу в парикмахерской (ведущей в отрали, между прочим!). Везёт же людям, думал Майкл. И чего я не родился кондиционерным мастером...

Между тем, его родная фирма Трипл Фиелдс развернула активную деятельность по скупке близлежащих частных землевладельческих компаний и приусадебных к ним участков. За то время, пока Майкл сражался за "счастье для всех и чтоб никто не ушёл обиженным", Триепл Фиелдс влила в себя и удачно поглотила средне-атлантическое сообщество «В Широкополосный Покос!» и северо-тарабарский кооператив «Небесная Струя». Научный симпозиум, открытый по этому поводу, денно и ночно думал над проблемой интеграции разнородных технологий с целью повышения жизнеспособности ресурса. Возглавлять симпозиум прислали специалиста из самой Европы со странным, неизвестным Майлу до селе именем, по созвучаю напоминающим популярный телесериал «Толчки». Специалист носил строгий чёрный костюм с галстуком, имел персональный трактор Феррари и не один, на симпозиум являлся ровно в десять и исчезал задолго до ужина. От Специалиста за версту веяло гениальностью, потому как вещал он исключительно быстро и непонятно, на прямые вопросы отвечал фундаментальной лекцией, то и дело бросаясь к доске рисовать схемы. Нарисовав, тут же их стирал, так что успеть ухватить суть не представлялось никакой возможности.

И тогда ... в следующую же среду Майкл взял отпуск и уехал на горное озеро. Недели на две. И не меньше. Чтоб просто никого не видеть...

...и больше никогда не вернулся...

***

Я встречал его в Пулково-2, и он упал в мои объятья. Я сказал ему, неугомонному: «Ну, что напрыгался, лишенец? Затрахался, сперматозоид ты мой решительный?» И он обнимал меня искрене и был, действительно, рад и нашей встрече, и экскорту его любимых "Вольв", и девкам в мини-юбках. Он с удовольствием ел икру в вечернем баре при свечах, с аппетитом выпил водки и хотел ещё. Ну что тот Глухов за миллиард лет до конца...

И я спросил его: «Мефик! Ну, и что ты прыгал, как маниакальный ягуар? Скажи мне! Что ты искал, мой трепетный Веспуччо? Тебе не хватало тракторов? Или же наших «Катек»? Или нашей же водки с нашими же огурцами, а? Бери, жри, пей, имей – всё твоё!»... И он плакал. Нет, не слезами, а сердцем. И пил нашу водку, жрал нашу икру и под утро блаженно уснул с нашей Катькой...

Я поставил его бригадиром наладчиков на своей пельменной фабрике. Он справляется, он всегда был молодцом. И я, наконец, впервые за последние много лет перестал за него беспокоиться...

***

Август 2006

Northridge, California